Он - выпускник Московской государственной академии
печати (бывший Полиграфический институт), учился у А.В. Васнецова.
Его дипломная работаполучила золотую медаль. Художник посвятил
ее гению Александра Сергеевича Пушкина. Он осмелился проиллюстрировать
"Бориса Годунова". Почему же осмелился? Многие рисуют...
Истинный художник именно осмеливается... Иван Лукьянов не стал
делать оперно-психологические портреты героев или красочно-карнавальные
иллюстрации событий. Не увлекся и изображением чего-то созвучного
, скажем, нашим дням, а, уйдя в то время, время несказанно далекое
и почти непроницаемое, попытался реализовать его почти невидимую
патину. Графика как бы пронизана неяркими линиями света, дошедшими
до нас через столетия.
Впрочем, окончание академии - событие уже давнее. Теперь его
можно назвать мэтром. Он - обладатель многих дипломов, участник
международных выставок, недавно состоялась его персональная
выставка "Запечатленное время". Работы художника
находятся в Государственном музее А.С.Пушкина в Москве, Музее
квартире А.С. Пушкина в Санкт-Петербурге, Царскосельском музее,
Государственном музее экслибриса, музее Остафьево, музее г.
Москвы, частных собраниях России, Сша, Германии, Испании,
Франции, Польши, Югославии, Голландии, Канады, ...
Есть художники, художники великие, всю жизнь как бы пишушие
одну картину, одно полотно. Может быть, так лучше. Иван Лукьянов
пока работает в разных жанрах, круг интересов его обширен
- живопись, гравюра, монотипии, коллажи, ручная бумага. Тончайший
график создавший просто шедевры, он работает и дизайне над
оформлением книг. Строительство книги как архитектурного ансамбля
ему тоже особенно удается. Качество редкое.
Не знаю, кого называют маститым -того ли, кто хорошо известен
публике по счастливому для художника стечению обстоятельств,
или того, кто в своемтворчестве достиг немалого, пусть и не
широко известного. Предпочтительнее второе. Сейчас существует
множество отработанных технологий прославления. Замечали ли
вы, как быстро надоедают такие знаменитости? Они как яркие
искуственные запахи в искуственных продуктах, от которых у
нас, наивных обывателей, появляется аллергия...
Сюжеты картин у Ивана Лукьянова - самые разнообразные. Вот
скромные аккуратные голландские домики на небольшом полотне,
залитые оранжевым светом в сочетании с безукоризненной, даже
суховатой композицией... Но свет, заливающий крыши домов,
так хорош, так тепел,вкусен, как апельсин, что не ум, не сознание
- душаоблилась и согрелась им, захотелось войти в тишину пространства
картины, потому чтооно тебе знакомо, ты его помнишь, помнишь
с детства, как помнишь теплые дни лета. Вот цветы, прекрасные
и если можно так сказатьо цветах, - самобытные. Зимние пейзажи,
море, рыбакию...
В художнике соединяется несоединимое - простота и изощренность.
Безукоризненный композиционный строй и теплота цветовой гармонии.
При полном отсутствии неистового на сегодняшний день стремления
многих
художников к оригинальности он многновенно узнаваем. Узнаваем
благодаря ответственности за свой дар. Стремление же к оригинальности
делает работы многих и многих художников удивительно однообразными
и оттого унылыми.
Творчество - божественный акт, в нем художник уподобляется
своему Сздателю, но по отношению к Богу человек-творец остается
ремесленником, мастером (и хорошо , если Его мастером, ведь
существуют и другие учителя...) И здесь мы вновь вернемся
к слову "ответственность". Слово серьезное, но сегодня
оно потерялось а шквале повседневной житейской суеты, в бездуховном
нашем бытии. Какая уж тут ответственность, за кого? За что?
Талантов нынче великое множество, каждый даровит, но умение
ответствовать за свой дар дано не каждому, это редкость Художник
Иван Лукьянов, смеем надеяться, - талант ответственный.
Всякое творчество - загадка, и в первую очередь для самого
художника. Творец всего сущего посылает избранному Своему
дар творения, и художник должен реализовать этот дар, данный
ему Господом. Но как ? Тут и возникает вопрос ответственности
за свое творчество, в первую очередь перед Богом. Во все века
всякий, кто носил имя художника, мучительно искал прежде всего
ответ на вопрос: что и как ему делать. Страсное стремление
человека к реализации собственного "я" , своей самости
( "это мое настроение", "я так чувствую",
"это мое впечатление" и так далее), начавшееся в
ХХ веке, - пустое, не от Бога исходящее. Мы те же писчинки:
нас много очень много, мы, конечно, разные, но наше 'я' теряется
во вселенной, как песчинка в пустыне, какие бы усилия мы нени
прикладывали, чтобы " самовыразиться". Когда же
писчинка по высшему произволению попадает в раковину и, отрекаясь
от себя, обволакивается светлой пеленой, тогда рождается неизреченная
жемчужина... Когда художник попадает в раковину избранности,
отрекается от своей самости и в мукахобращается к Нему, умоляя:
пошли мне волю Свою, укажи пути ее претворения, тогда, опять
же по соизволению Господа, рождается искусство, высокое искусство.
Пожелаем же художнику не терять ответственности засвой дар.
И еще - дальнейших творческих упехов.
Иван Лукьянов:
В языческом мире пространство воспринималось как рок - тяжелый,
черный, безысходный. В нем человек, оставленный Богом трагически
одинок. Подчиненный року, он весь в его власти. Изображения
на греческих вазах, или вавилонские, египедские рельефы.
А пространство картин эпохи возрождения - огромно, бесконечно
до самого горизонта, это приглашение в вечное скитание без
смысла и цели. В нем нет ни начала, ни конца, ни центра. Человек
обьявляется центром и венцом мироздания. Но оно безразлично
к человеку.
В христианстве пространство осмысленно. Золотой фон икон и
мозаик упруг и светоносен, он излучает свет - незримое присутствие
самого Бога. Природы нет, или точнее иконописец ее не видит
за всепоглощающим божественным светом. Человеческая душа и
ее взаимоотношения с Богом, становятся центром изображения.
Почему, например мы не видим ангелов? Вовсе
не от того, что они в другом мире. Просто мы настолько темны
и тяжелы, что не пропускаем в наше сознание их светоносности.
Человек не готов к такому испепеляющему свету. Так в основе
своей мы состоим из грехов - темных закоулков желаний. С другой
стороны мы не можем жить без чистоты света, наше самочувствие
зависит от него. Нам нужна радость света, который все же присутствует
рядом с нами. Мы живем вместе с божественным светом любви
на нас изливаемой.
Приглядитесь к тому что вас окружает, и вы почувствуете это
упоительное ощущение света. Быть может глядя на лужу под ногами
вы видите грязь, смотрите - там отражается солнце
газета "Воскресная школа" N11(227)
2002, панорама православной жизни